Разделение бизнеса

2019 год для многих предпринимателей и ФНС России прошел под знаком борьбы с незаконной налоговой оптимизацией. Начало данной работе было положено письмом ФНС России от 29 декабря 2018 г. № ЕД-4-2/25984. В нем разъяснялось, что использование специальных налоговых режимов субъектами кроме малого бизнеса нивелирует усилия государства по налоговой поддержке малого бизнеса.

В целях выявления этих злоупотреблений ФНС России поручает усилить контрольно-аналитическую работу в отношении налогоплательщиков, которые создают видимость деятельности нескольких самостоятельных налогоплательщиков, прикрывающих деятельность одного налогоплательщика, с целью получения или сохранения права на применение специального налогового режима, предусматривающего пониженную, по сравнению с общим режимом налогообложения, налоговую (фискальную) нагрузку.

📌 Реклама Отключить

Обращаем внимание: минимизация налогов противоречит действующему российскому законодательству.

Статья 54.1 НК РФ содержит пределы осуществления прав по исчислению налоговой базы, то есть как раз границы того, что отличает законную налоговую оптимизацию от наказуемого дробления бизнеса.

Когда бизнес разделен на мелкие составляющие в виде аффилированных юрлиц и ИП, есть риск доначисления налогов. Задачей налоговых инспекторов является нахождение подобных организаций. В этой связи ведется активная работа с обращениями граждан, которые стали свидетелями того, как субъект хозяйственной деятельности пытается минимизировать уплату налогов в бюджет.

Практика рассмотрения дел по дроблению бизнеса в 2019 году обобщена в письме ФНС России от 14 октября 2019 г. № СА-4-7/21065@, а также в письме от 12 июля 2019 г. № КЧ-4-7/13613. В них разъясняется, что на налоговом органе лежит обязанность по представлению доказательств осуществления одного совместного вида деятельности проверяемым лицом с иными хозяйствующими субъектами. При этом налоговый орган должен представить доказательства того, что разделение бизнеса было формальным и произведено исключительно для сохранения права на применение специального налогового режима.

📌 Реклама Отключить

В качестве актуальных источников по данной теме можно назвать также письма ФНС России:

  • от 7 мая 2019 г. № СА-4-7/8614@;
  • от 29 марта 2019 г. № СА-4-7/5804.

В этих письмах отражены существенные моменты:

  • предпринимательской является именно самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли;
  • в отношении ИП в каждом конкретном случае вопрос о наличии признаков предпринимательской деятельности рассматривается отдельно в зависимости от вида имущества, его целевого назначения и характера использования (для личных либо коммерческих целей), периодичности заключения сделок и иных фактических обстоятельств;
  • признаком недобросовестности налогоплательщика может служить, в том числе, перечисление через «проблемный» банк денежных средств в размерах, превышающих действительные налоговые обязательства и суммы, исчисленные в налоговых декларациях за спорные периоды.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.04.2013 № 15570/12 сформулирован ряд критериев, по которым должно осуществляться отграничение законной оптимизации структуры бизнеса от дробления бизнеса в целях получения необоснованной налоговой выгоды: самостоятельность выполняемых организациями видов деятельности, включение их деятельности в единый производственный процесс, направленность на достижение общего экономического результата, действительная хозяйственная, экономическая самостоятельность организаций. 📌 Реклама Отключить При проверках инспекторы ФНС России руководствуются также Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 12 октября 2006 г. № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее — Постановление № 53). В нем указаны квалифицирующие признаки, по которым устанавливается размер необоснованной налоговой выгоды. Приведем примеры:

  • дробление одного бизнеса (производственного процесса) происходит между несколькими лицами, применяющими специальные режимы налогообложения, в рамках которых специальный режим освобождает от исчисления и уплаты НДС, налога на прибыль организаций и налога на имущество организаций основным участником, осуществляющим реальную деятельность;
  • применение схемы дробления бизнеса оказало влияние на условия и экономические результаты деятельности всех участников группы, в том числе на их налоговые обязательства, которые уменьшились или практически не изменились при расширении совместной хозяйственной деятельности;
  • налогоплательщик, его участники, должностные лица или лица, осуществляющие фактическое управление деятельностью схемы, являются выгодоприобретателями от использования схемы дробления бизнеса;
  • участники схемы осуществляют аналогичный вид экономической деятельности;
  • создание участниками схемы в течение небольшого промежутка времени непосредственно перед расширением производственных мощностей и/или увеличением численности персонала;
  • несение расходов участниками группы друг за друга;
  • прямая или косвенная взаимозависимость (аффилированность) участников схемы дробления бизнеса (родственные отношения, участие в органах управления, служебная подконтрольность и т. п.);
  • формальное перераспределение между участниками схемы персонала без изменения их должностных обязанностей;
  • отсутствие у подконтрольных лиц, принадлежащих им основных и оборотных средств, кадровых ресурсов;
  • использование участниками схемы одних и тех же вывесок, обозначений, контактов, сайта в сети Интернет, адресов фактического местонахождения, помещений (офисов, складских и производственных баз и т. п.), банков, в которых открываются и обслуживаются расчетные счета, контрольно-кассовой техники, терминалов и т. п.;
  • единственным поставщиком или покупателем для одного участника схемы дробления бизнеса может являться другой ее участник, либо поставщики и покупатели у всех участников схемы являются общими;
  • фактическое управление деятельностью участников схемы одними лицами;
  • единые для участников схемы службы, осуществляющие: ведение бухгалтерского учета, кадрового делопроизводства, подбор персонала, поиск и работу с поставщиками и покупателями, юридическое сопровождение, логистику и т. д.;
  • представление интересов по взаимоотношениям с государственными органами и иными контрагентами (не входящими в схему дробления бизнеса) осуществляется одними и теми же лицами;
  • показатели деятельности, такие как численность персонала, занимаемая площадь и размер получаемого дохода, близки к предельным значениям, ограничивающим право на применение специальной системы налогообложения;
  • данные бухгалтерского учета налогоплательщика с учетом вновь созданных организаций могут указывать на снижение рентабельности производства и прибыли;
  • распределение между участниками схемы поставщиков и покупателей, исходя из применяемой ими системы налогообложения.

В случае судебного спора с контролирующими органами аффилированность послужит основным признаком, по которому налоговики объединяют в один производственный комплекс двух или более налогоплательщиков. 📌 Реклама Отключить

В статье 20 НК РФ установлено, что взаимозависимыми лицами для целей налогообложения признаются физические лица и (или) организации, отношения между которыми могут оказывать влияние на условия или экономические результаты их деятельности или деятельности представляемых ими лиц, а именно:

  1. одна организация непосредственно и (или) косвенно участвует в другой организации, и суммарная доля такого участия составляет более 20 процентов. Доля косвенного участия одной организации в другой через последовательность иных организаций определяется в виде произведения долей непосредственного участия организаций этой последовательности одна в другой;
  2. одно физическое лицо подчиняется другому физическому лицу по должностному положению;
  3. лица состоят в соответствии с семейным законодательством Российской Федерации в брачных отношениях, отношениях родства или свойства, усыновителя и усыновленного, а также попечителя и опекаемого.

Суд может признать лица взаимозависимыми по иным основаниям, не предусмотренным пунктом 1 данной статьи, если отношения между этими лицами могут повлиять на результаты сделок по реализации товаров (работ, услуг). 📌 Реклама Отключить

В завершение отметим, что понятие дробления бизнеса существует достаточно давно, однако закрепленного в законодательстве определения все еще нет. Введение подобной дефиниции на законодательном уровне позволило бы четко понимать, когда речь идет о незаконной схеме, а когда о позволительной налоговой оптимизации. На данный момент налоговики выражают свою позицию в официальных письмах, которые были приведены в данной статье, однако они не являются нормативно-правовыми актами. В конечном итоге, в спорной ситуации разрешить дело может суд. Судебная практика по данной категории дел неустойчива и крайне зависима от конкретных обстоятельств.

Зобова Е. П., эксперт информационно-справочной системы «Аюдар Инфо»

Что такое дробление бизнеса? Как отличается оптимизация предпринимательской деятельности от формального разделения видов деятельности на отдельные хозяйствующие субъекты с целью получения необоснованной налоговой выгоды? Какова роль УСНО в данном вопросе?

Ответы на эти и другие вопросы, связанные с дроблением бизнеса, – в предложенном материале.

Термин «дробление бизнеса»

Прежде чем вести разговор о дроблении бизнеса, хотелось бы определиться с данным понятием, которое сегодня получило широкое распространение как среди налогоплательщиков, так и налоговых, а также судебных органов.

Отметим, что никаким нормативно-правовым документом понятие «дробление бизнеса» не определено. Но, как правило, все стороны понимают, что под термином «дробление бизнеса» подразумевается разделение хозяйственной деятельности экономического субъекта на части по какому-либо признаку для достижения определенных целей.

Например, производственное предприятие выделяет в самостоятельную организацию «продажников», регистрируя торговый дом, который занимается исключительно реализацией и продвижением продукции этого предприятия. А затем выделяется служба снабжения, которая осуществляет только поставки сырья для производства, и т. д. Все новые организации взаимодействуют друг с другом, оптимизируя производственный процесс в целом. Против такого дробления бизнеса никто ничего не имеет, включая налоговые органы.

Но, как показывает практика, сегодня дробление бизнеса далеко не всегда имеет своей целью получение экономического эффекта как такого в виде увеличения прибыли, а зачастую главный и единственный смысл разделения хозяйственной деятельности – минимизация налоговых выплат. И связано это с тем, что вместо одного крупного или среднего предприятия, которое является плательщиком НДС и налога на прибыль, образуется несколько ООО, а также индивидуальных предпринимателей, применяющих УСНО. Вот именно такой вариант дробления бизнеса вызывает протест налоговых органов: они считают, что в результате применения данной схемы хозяйствующий субъект получает необоснованную налоговую выгоду путем уменьшения соответствующей налоговой обязанности или уклонения от ее исполнения.

Таким образом, сегодня термин «дробление бизнеса» носит негативный характер. По мнению налоговых органов, разделяя бизнес и применяя специальные налоговые режимы, подчеркнем, разрешенные действующим налоговым законодательством, налогоплательщики злоупотребляют своим правами.

К сведению: за последние четыре года арбитражными судами рассмотрено более 400 дел на сумму, превышающую 12,5 млрд руб., в рамках которых оспаривались ненормативные акты налоговых органов, вынесенные по результатам мероприятий налогового контроля и содержащие выводы о получении налогоплательщиками необоснованной налоговой выгоды в результате применения схемы дробления бизнеса (Письмо ФНС России от 11.08.2017 № СА-4-7/15895@).

Мы не ставим своей целью давать оценку действиям налоговых органов, применяющих указанный подход. Но при этом надо помнить, что презумпция невиновности действует и в отношении налогоплательщиков: ведь далеко не все из них являются злостными неплательщиками налогов. И зачастую разделение бизнеса на части действительно имеет экономическую цель, а если одновременно минимизируются еще и налоговые выплаты, то кто же от этого откажется?

Хотя и идеализировать налогоплательщиков тоже не стоит: каждый хочет заплатить налогов поменьше, используя при этом все возможные законные способы.

Вот тут хочется особо подчеркнуть, что все «схемы» дробления бизнеса в итоге сводятся к одному: переводу конечного хозяйствующего субъекта – ООО или индивидуального предпринимателя – на УСНО или спецрежим в виде ЕНВД. Сегодня, пожалуй, даже УСНО применяется шире, чем система налогообложения в виде ЕНВД. Конечно, применение УСНО для хозяйствующего субъекта означает сокращение налоговых выплат в целом по сравнению с применением общей системы налогообложения. Но ведь УСНО – это легитимный налоговый режим, это не полное уклонение от уплаты налогов, почему же такое предвзятое отношение у налоговых органов к применению данного спецрежима? Это вопрос риторический, поскольку целью налоговиков является повышение собираемости налогов, а не облегчение налогового бремени налогоплательщиков. Вот почему сейчас перед нами стоит задача определить признаки дробления бизнеса с целью получения необоснованной налоговой выгоды в понимании налоговых органов; в то же время они и судами признаются противозаконными. Налоговые органы сегодня уделяют данному вопросу повышенное внимание. Где же проходит эта грань?

Признаки дробления бизнеса

Итак, поскольку конечная цель налогоплательщика – минимизация налоговых выплат с помощью применения УСНО, которое имеет ряд ограничений по ее применению, дробление бизнеса имеет своей целью обойти указанные ограничения. Основные ограничения для применения УСНО:

Соответственно, исходя из условий хозяйствования, налогоплательщики делят свою деятельность, имеющую определенные ограничения, препятствующие переходу на УСНО, на ряд более мелких, подпадающих под УСНО, используя при этом и организации – ООО (с уставным капиталом 10 тыс. руб.), и индивидуальных предпринимателей. Налоговые органы в ходе мероприятий налогового контроля выявляют умышленные действия налогоплательщиков по дроблению бизнеса, а также обстоятельства, свидетельствующие об этом.

К сведению: в Письме ФНС России от 13.07.2017 № ЕД-4-2/13650@ приведены методические рекомендации, данные налоговым органам и следственным органам СК РФ по установлению в ходе налоговых и процессуальных проверок обстоятельств, свидетельствующих об умысле в действиях должностных лиц налогоплательщика, направленном на неуплату налогов (сборов).

Об умышленных действиях налогоплательщика, по мнению налоговиков, свидетельствует следующее. Все разделенные организации (индивидуальные предприниматели) имеют такие признаки:

  • осуществляют один вид деятельности;

  • находятся по одному юридическому адресу, используют одни и те же помещения;

  • у них одни и те же работники, которые выполняют одну и ту же работу в соответствии с должностными обязанностями, у сотрудников может быть даже форма с единым логотипом;

  • имеют единую материально-техническую базу, представляют собой единый комплекс, вовлеченный в единый производственный процесс;

  • имеют одних и тех же поставщиков и одних и тех же заказчиков;

  • налоговый и бухгалтерский учет ведется одними лицами;

  • документация по ведению финансово-хозяйственной деятельности хранится в одном месте;

  • используется единый сайт в Интернете и один IP-адрес;

  • расчетные счета организаций и индивидуальных предпринимателей открыты одними и теми же лицами в одних банках;

  • в случае приближения получаемых доходов в одной из организаций группы взаимозависимых лиц к предельно допустимому размеру для применения УСНО либо расторгаются договоры с заказчиками, либо заключаются дополнительные договоры с другой взаимозависимой организацией на тех же условиях;

  • наличие прямой или косвенной взаимозависимости (аффилированности) участников схемы дробления бизнеса (родственные отношения, участие в органах управления, служебная подконтрольность и т. п.), при этом фактическое управление деятельностью участников схемы осуществляется одними лицами;

  • показатели деятельности, такие как численность персонала, остаточная стоимость основных средств и размер получаемого дохода, близки к предельным значениям, ограничивающим право на применение специальной системы налогообложения.

Для субъектов хозяйственной деятельности, занимающихся оптовой и розничной торговлей, определены дополнительно следующие признаки, указывающие на дробление бизнеса с целью получения необоснованной налоговой выгоды:

  • реализация товара осуществляется в пределах торговых площадей, разделенных на части, которые фактически не представляют собой самостоятельные торговые точки с автономной системой торговли, в том числе имеют общие входы, общие торговые залы, оформленные в едином фирменном стиле сети магазинов;

  • используются единые складские помещения;

  • получение денежных средств от покупателей товаров производится через единые кассовые линии, расчеты с покупателями осуществляются работниками на всех кассах, в том числе принадлежащих разным субъектам;

  • выручка, полученная от продажи товаров, учитывается через единое программное обеспечение кассовой техники, производится совместное инкассирование выручки;

  • товары приобретаются у одних и тех же поставщиков;

  • трудовую деятельность фактически осуществляют одни и те же сотрудники, которые воспринимают раздробленные организации (индивидуальных предпринимателей) как единый субъект предпринимательской деятельности.

При этом согласно анализу судебно-арбитражной практики все или часть приведенных выше признаков могут в своей совокупности и взаимной связи свидетельствовать о формальном разделении (дроблении) бизнеса с целью получения необоснованной налоговой выгоды.

Способы выявления обстоятельств, свидетельствующих об умышленных действиях налогоплательщика

НК РФ дает большие возможности налоговикам для выявления обстоятельств ведения хозяйственной деятельности, да и объем информации, которая находится в их ведении, тоже достаточно крупный. Как же налоговые органы выявляют обстоятельства, свидетельствующие о дроблении бизнеса налогоплательщиком?

Способы установления налоговиками обстоятельств, свидетельствующих об умышленных действиях налогоплательщика, следующие:

  • осмотр помещения и территории;

  • допрос сотрудников, а также их контрагентов;

  • анализ информационных ресурсов, в том числе движения денежных средств на расчетных счетах;

  • проверка кассовых книг и ККМ;

  • установление подчиненности должностных лиц;

  • выявление наличия складских помещений, транспорта;

  • проверка взаимозависимости юридических лиц;

  • установление конечного выгодоприобретателя.

Если налогоплательщик выводит активы, в том числе основные средства, с целью снижения их остаточной стоимости, предельной для налогоплательщика, позволяющей применять УСНО, то налоговики сделают следующее:

  • проведут оценку реальности расчетов по сделке;

  • проверят период, в котором данные сделки заключались;

  • допросят лицо, ответственное за принятие решения о приобретении актива, и других лиц на предмет причастности к принятию этого решения.

Таким образом, в рамках мероприятий налогового контроля налоговыми органами устанавливаются факты снижения налогоплательщиками своих налоговых обязательств путем создания искусственной ситуации, при которой видимость действий нескольких лиц прикрывает фактическую деятельность одного налогоплательщика.

Позиция судей по вопросу дробления бизнеса

Поскольку налоговые органы в последние годы активизировали работу по выявлению схем дробления бизнеса при налоговых проверках, есть и результаты этой работы. Налоговики выявляют подобные схемы, а затем доначисляют налоги, штрафы, а также пени. Схема их работы проста: если налогоплательщик и его контрагенты применяют спецрежимы, в том числе УСНО, то их признают взаимозависимыми, финансово-хозяйственную деятельность объединяют в одно целое и доначисляют налоговые платежи по общей системе налого­обложения, то есть НДС, налог на прибыль, на имущество и т. д.

В свою очередь, далеко не все налогоплательщики с этим соглашаются и идут отстаивать свои права в суде. Можно отметить рост количества судебных дел, предметом рассмотрения которых являются обстоятельства, свидетельствующие о получении налогоплательщиками необоснованной налоговой выгоды в результате применения схем дробления бизнеса. При этом в настоящее время практика по делам рассматриваемой категории продолжает активно формироваться арбитражными судами.

Неоднородность судебной практики

Отметим, что арбитражная практика складывается неоднородная.

Есть примеры решений, когда суд поддерживает налоговые органы (Постановление АС УО от 21.06.2016 по делу № А76-21239/2014 (Определением ВС РФ от 24.10.2016 № 309-КГ16-13438 отказано в передаче дела в Судебную коллегию по экономическим спорам ВС РФ), Определение ВС РФ от 27.11.2015 № 306-КГ15-7673 по делу № А12-24270/2014 (Определением ВС РФ от 01.02.2016 № 674-ПЭК15 отказано в передаче надзорной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Президиума ВС РФ)).

При этом есть решения, вынесенные в пользу налогоплательщиков (постановления АС ЦО от 11.11.2015 № Ф10-3834/2015 по делу № А14-10472/2013 (Определением ВС РФ от 01.03.2016 № 310-КГ16-135 отказано в передаче дела в Судебную коллегию по экономическим спорам ВС РФ), АС УО от 27.10.2015 по делу № А47-12155/2014).

Поскольку суды далеки от единого мнения по данному вопросу, налоговые органы делают следующий вывод: исходя из проанализированной судебной практики, с целью исключения необоснованных выводов о применении схемы дробления бизнеса, необходимо обратить внимание на то, что вне зависимости от сферы предпринимательской деятельности проверяемого налогоплательщика (реализация товаров через магазины розничной сети, оказание услуг общественного питания, сдача помещений в аренду (субаренду), выполнение подрядных (субподрядных) работ, услуг и т. п.), при доказывании наличия схемы дробления бизнеса налоговым органам необходимо не только устанавливать обстоятельства ведения налогоплательщиком и связанными с ним субъектами одного и того же вида деятельности, но также выявлять обстоятельства отсутствия реального участия таких субъектов в деятельности осуществляемой самим налогоплательщиком, а также обстоятельства подконтрольности субъектов проверяемому налогоплательщику, что исключает наличие у формальных участников самостоятельных доходов по сделкам (Письмо ФНС России № СА-4-7/15895@).

Одновременно налоговиками делается еще один важный вывод: само по себе доначисление сумм налогов нескольким участникам схемы дробления бизнеса возможно в случаях, когда налоговым органом доказано получение необоснованной налоговой выгоды, а также определен действительный размер налоговых обязательств каждого из них, подтвержденный расчетом, основанным на первичных документах, с учетом установленных фактических обстоятельств. Соответственно, налоговые органы в целях исключения случаев признания решений недействительными по мотивам неверного определения при проверках действительного размера налоговых обязательств проверяемых налогоплательщиков, в ходе доказывания получения необоснованной налоговой выгоды должны учитывать совокупность обстоятельств:

  • в расчете налоговой базы должны учитываться не только доходы участников схемы, но и их расходы, что должно быть документально подтверждено;

  • должно быть надлежащее обоснование применения той или иной налоговой ставки с учетом установленных фактических обстоятельств и имеющихся документов;

  • в обязательном порядке необходимо обеспечивать наличие в акте и решении подробного расчета, объясняющего методику производимых доначислений налогов проверяемому налогоплательщику;

  • нужно учитывать возражения налогоплательщика относительно правильности расчетов с учетом подтверждающих документов.

К сведению: для обоснования вывода о применении налогоплательщиком схемы дробления бизнеса налоговый орган должен располагать доказательствами, которые в совокупности и взаимосвязи будут однозначно свидетельствовать о совершении проверяемым налогоплательщиком совместно с подконтрольными ему лицами виновных, умышленных согласованных действий, направленных не столько на разделение бизнеса самого по себе, что признается оптимизаций предпринимательской деятельности, сколько на получение в результате применения такой схемы необоснованной налоговой выгоды путем уменьшения соответствующей налоговой обязанности или уклонения от ее исполнения.

Позиция Конституционного суда

В середине лета 2017 года было вынесено Определение КС РФ от 04.07.2017 № 1440-О, в основе спора которого также лежит проблема дробления бизнеса.

Суть спора.

Налоговый орган по итогам налоговой проверки ООО пришел к выводу о том, что общество в результате искусственного дробления бизнеса (путем создания группы взаимозависимых организаций и индивидуальных предпринимателей) получило необоснованную налоговую выгоду, выразившуюся в уменьшении базы по налогу на прибыль организаций и НДС за счет использования налогоплательщиками, входящими с ним в группу, специальных налоговых режимов.

Речь идет о том, что в 2005 году руководитель ООО, его супруга и мать заключили договор о координации хозяйственной деятельности, а позже в него вступили другие участники – юридические лица, а также индивидуальные предприниматели, применявшие специальные налоговые режимы. В рекламной информации участники договора использовали наименование ООО, они поддерживали общий фирменный стиль и нанимали работников, которые также были заняты в деятельности других участников этого договора. Между собой они годами совершали сделки, связанные с хозяйственной деятельностью, которую вел каждый из них.

ООО были доначислены суммы указанных налогов в том размере, в каком общество должно было бы их уплатить, если бы аффилированные с ним налогоплательщики не принимали участия в предпринимательской деятельности, включив в налоговую базу по ним стоимость товаров (работ, услуг), реализованных контрагентами ООО, и привлек к налоговой ответственности за неуплату налогов в требуемом размере.

Все арбитражные суды, включая ВС РФ, отказали налогоплательщику в признании решения налогового органа незаконным. Суды сочли доказанными взаимозависимость и аффилированность общества и его контрагентов, в том числе исходя из наличия у них общего трудового ресурса, использования товарного знака ООО, его складского помещения, из фактической организации работы магазинов, из отсутствия ведения раздельного учета фактически полученных доходов, и пришли к выводу об убыточности хозяйственной деятельности общества, имитации хозяйственной деятельности, а также о том, что налоговым органом была доказана направленность действий общества на получение из бюджета необоснованной налоговой выгоды и правильно определены подлежащие уплате суммы налогов на основании имеющейся в его распоряжении информации о налогоплательщике.

Налогоплательщик обратился в Конституционный суд: он утверждал, что и ООО, и его контрагентами размер налогового обязательства был определен в соответствии с действующим налоговым законодательством, а налоги в полном объеме поступили в бюджет. Бизнес структурирован рационально (ООО занималось оптовыми поставками инструментов, его контрагенты – розничной продажей, арендой помещений и т. д.), распределение обязанностей было официально оформлено соглашением о координации деятельности, и все контрагенты фактически осуществляли соответствующую деятельность, а отношения по передаче товара и перечислению денежных средств носили реальный характер.

Требование налогоплательщика в Конституционном суде сводилось к признанию отдельных норм НК РФ, позволяющих налоговым органам включать в базу по НДС и по налогу на прибыль организаций денежные средства, полученные не организацией-налогоплательщиком, а ее контрагентами, не соответствующими Конституции РФ.

Решение Конституционного суда.

Как и следовало ожидать, КС РФ отказал налогоплательщику, решение окончательное и обжалованию не подлежит.

При этом он отметил, что налоговое законодательство не исключает в налоговых правоотношениях действия принципа диспозитивности и допускает возможность выбора налогоплательщиком того или иного метода учетной политики (применения налоговых льгот или отказа от них, применения специальных налоговых режимов и т. п.), которая, однако, не должна использоваться для неправомерного сокращения налоговых поступлений в бюджет в результате злоупотребления налогоплательщиками своими правомочиями.

Мнение судьи Конституционного суда.

К рассматриваемому определению КС РФ приведено мнение судьи КС РФ К. В. Арановского, на котором хотелось бы остановиться подробнее. Данный судья проанализировал рассматриваемое дело с иной, нежели Конституционный суд, точки зрения и высказал следующие тезисы:

– сами по себе оспариваемые заявителем положения ст. 146, 153, 154, 247, 248, 249 и 274 НК РФ, каждое по отдельности и в их взаимосвязи между собой, не содержат явных признаков неконституционности, если понимать их буквально и применять без нарушения конституционных прав, свобод и принципов;

– основной целью сделок, проводимых ООО и его контрагентами, налоговые органы посчитали неисполнение налоговых обязанностей. Между тем, если бы такая цель была доказана в суде, это значило бы, что все они совершены с умышленным посягательством на публичные (фискальные) интересы, что делало бы их ничтожными. Последствия их недействительности наступили бы для каждой из сделок и для каждого ее участника. Однако уклонение от уплаты налогов правоприменительные инстанции вменили только ООО и усмотрели его правонарушения в том, что оно применило схему дробления бизнеса, используя взаимозависимые организации и индивидуальных предпринимателей, применяющих спецрежим в виде ЕНВД и УСНО. Деятельность участников соглашения налоговые органы признали «фиктивной», не оспаривая, однако, в суде ни вышеназванный договор, ни другие сделки и не требуя применения последствий их недействительности (ничтожности);

– «дробление бизнеса» вменили налогоплательщику, притом что закон не запрещает и не предусматривает за него ответственность. Будь «дробление бизнеса» противоправным, такое деяние имело бы действующих «соучастников» либо участие фиктивных лиц. Тогда полагалось бы привлекать к ответственности либо всех, либо только одного, доказывая в законных процедурах, что его контрагентов как субъектов предпринимательской деятельности не существует и регистрация их в этом качестве незаконна;

– признак умысла, вменяемый заявителю, вряд ли имеет самостоятельное значение в деле о взыскании налогов. Очевидно, что предпринимательскую деятельность ведут и регистрируют ее субъектов всегда намеренно (не нечаянно). Это, однако, не образует признака противоправности, включая «умышленное» получение выгод и сокращение расходов, поскольку и то, и другое состоит под защитой закона;

– «формальность» действий и «формальное соблюдение действующего законодательства» – также не основание правоограничений, но, напротив, существенный признак правомерного (законного) поведения налогоплательщика;

– что касается взаимозависимости контрагентов, она известна закону и не опровергает чью-либо добросовестность. Состояние взаимозависимости прямо предусмотрено НК РФ, который не запрещает сделки между лицами со специальными отношениями, хотя и допускает для них последствия взаимозависимости;

– семейное предпринимательство нередко ведут в нескольких организационных формах, что не делает всех участников одним субъектом и не предрешает с их стороны нарушений закона. Обязывать всех родственников участвовать лишь в одном юридическом лице при осуществлении предпринимательской деятельности либо состоять исключительно в найме у родственника-предпринимателя невозможно.

Отметим еще один, казалось бы, очевидный, но очень важный вывод, который был сделан данным судьей: налоговое обязательство возможно лишь на законных основаниях, а необоснованной может быть лишь выгода, которая получена в нарушение закона. Не бывает необоснованных налоговых выгод иначе как в составе правонарушения, которое должно быть формально предусмотрено законом. Желание уплатить налогов больше, чем это следует по закону на основе формально состоявшихся сделок, выглядело бы странно и, во всяком случае, не входит в обязанности налогоплательщика.

К сведению: применение специальных и любых других законных режимов налогообложения тем более не влечет ответственности ни само по себе, ни в тех случаях, когда их применяют взаимозависимые лица. Законные налоговые режимы и применение таковых нельзя ставить под сомнение до тех пор, пока формально не доказано налоговое правонарушение.

В итоге сделан вывод о том, что не опровергает презумпцию добросовестности налогоплательщика и не образует состава правонарушения и «дробление бизнеса», тем более формальное. Ведение предпринимательской деятельности в одном лице или в нескольких нигде не описано как состав правонарушения.

* * *

Подводя итог вышесказанному, хотелось бы отметить, что сегодня налоговые органы активизировали работу по борьбе с «дроблением бизнеса» в том смысле, который в это вкладывают фискалы. Поэтому хозяйствующим субъектам при организации бизнеса необходимо помнить о той грани, которая отделяет оптимизацию предпринимательской деятельности от формального разделения видов деятельности на отдельные хозяйствующие субъекты с целью получения необоснованной налоговой выгоды, тем более что сегодня судебная практика очень неоднородна, и не всегда налогоплательщикам удается доказать в суде, что они не злоупотребляли своими правами, а их деятельность не была направлена на совершение налогового правонарушения.

Налоговое законодательство в нашей стране не всегда работает в пользу предпринимателей. Если для малого бизнеса существуют льготы, то средние и крупные компании вынуждены отчислять в ФНС огромные суммы. Чтобы облегчить налоговое бремя, большие организации часто делят на множество мелких, каждое из которых облагается налогом по упрощенной схеме. Проблема в том, что дробление бизнеса — рискованное дело. Налоговики могут счесть действия предпринимателя неправомерными и попытаться доказать это в суде. Мы расскажем о том, как провести оптимизацию бизнеса законным путем.

Дробление бизнеса: проблема законности

Дроблением бизнеса называют схему, при которой деятельность крупной компании разделяется между несколькими мелкими (ООО или ИП). Собственникам предприятия это позволяет на законных основаниях отказаться от непосильных налоговых выплат. Как известно, для субъектов малого бизнеса действуют льготные режимы налогообложения. Этим и пользуются владельцы крупных предприятий.

И тут сразу возникает вопрос: законна ли налоговая оптимизация бизнеса, осуществляемая таким способом? С одной стороны, очевидно, что собственник предприятия, прибегая к дроблению, пытается обойти положения НК РФ. С другой стороны, прямым нарушением это не является. В Налоговом кодексе нет указаний на то, что сам по себе факт разделения предпринимательской деятельности противоречит законодательным нормам. Более того, никто не может официально запретить бизнесменам получать налоговые выгоды. Но не все так просто.

Сотрудников ФНС, естественно, не устраивает такое положение дел. С их точки зрения, налогоплательщик, открывающий вместо крупной фирмы несколько мелких, является нарушителем. В ходе проверок налоговики часто стремятся выявить неправомерное получение льгот собственником компании и добиться дополнительных начислений. Иногда дело доходит до суда, а в самом крайнем случае правонарушителя могут привлечь к административной или даже уголовной ответственности.

Конечно, для этого придется доказать, что налоговые выгоды были получены предпринимателем необоснованно — другими словами, собственник бизнеса разделил деятельность компании формально, без объективной необходимости, лишь с целью обойти закон и сократить выплаты в бюджет. Чтобы суд принял решение в пользу ФНС, нужна совокупность факторов, свидетельствующих против владельца компании. Поэтому при грамотном планировании схема дробления бизнеса может стать эффективным и вполне легальным способом оптимизации расходов. Но риски все же присутствуют. О том, как их избежать, пойдет речь далее.

Каковы условия для оптимизации

Мы пришли к выводу: дробление организации правомерно лишь в том случае, если при этом соблюден ряд условий. Задача предпринимателя — убедить налоговую службу в том, что он действовал на законных основаниях в интересах бизнеса, а не с целью получения выгоды. Что для этого необходимо?

Реальная деятельность компаний, разумеется, подтвержденная документально. Каждая организация, входящая в схему дробления, должна иметь фактический адрес, материальные ресурсы для производства, штат сотрудников (включая главного бухгалтера), регулярно выплачивать им заработную плату не ниже прожиточного минимума, совершать экономически целесообразные сделки. Иначе говоря, необходимо подтвердить, что фирмы действительно работают, а не существуют лишь на бумаге.

Самостоятельная хозяйственная деятельность. Мало просто доказать факт реального существования компаний. Нужно убедить налоговиков (и при необходимости суд) в том, что все они работают на себя, а не являются частями одной большой организации. О самостоятельной деятельности свидетельствуют отдельное фактическое местоположение каждой фирмы, собственный штат персонала и руководитель, свой основной капитал.

В качестве иллюстрации к разговору о самостоятельной деятельности можно привести случай из судебной практики, который имел место в 2017 году. Налоговики пытались доказать, что многочисленные аптеки, работающие под общим брендом, представляют собой единую компанию, а к ней должна применяться соответствующая схема налогообложения. Но это им не удалось: суд принял решение в пользу налогоплательщиков. Отдельные юрлица смогли подтвердить свою самостоятельность: несмотря на общий бренд и состав акционеров, аптеки располагались по разным адресам, в каждой из них были свои сотрудники и собственное имущество.

Деловая цель дробления бизнеса. Здесь имеется в виду то, что новые ООО или ИП создаются в интересах предпринимательства, а не для ухода от налогов. Деловые цели могут быть разными. Например, один из возможных вариантов — обезопасить бизнес на случай некомпетентных или недобросовестных действий отдельных сотрудников. Если такое произойдет, ответственность будет нести не вся компания, а одна небольшая организация, в штате которой состоят нарушители (это называется диверсификацией рисков). Другая распространенная цель — сделать менеджмент более эффективным. Компанию разделяют на несколько юридических лиц, каждое из которых действует самостоятельно. Между ними существует конкуренция по экономическим показателям: у отстающих появляется стимул работать эффективнее. Очевидно, что во всех подобных случаях дробление компаний обосновано с предпринимательской точки зрения и претензий у налоговиков возникнуть не должно.

Совершение сделок по рыночным ценам. В сомнительных случаях налоговая инспекция при очередной проверке может заинтересоваться суммами сделок, заключаемых между компаниями. Если окажется, что они соответствуют рыночным условиям, это снимет подозрения.

Типичные ошибки: что привлечет внимание налоговых органов

При выявлении признаков искусственного дробления бизнеса представители налоговой службы сделают все возможное, чтобы взыскать недоимку. Основной компании придется заплатить НДС и налог с выручки по общей системе, причем независимо от размера платежей, внесенных за тот же период дочерними фирмами, а также немалый штраф. А если сумма недоимки окажется очень крупной, собственников предприятия могут привлечь к уголовной ответственности.

Чтобы избежать этих неприятностей, нужно знать о типичных ошибках, часто совершаемых при внедрении схем дробления бизнеса.

Начнем с того, что в Налоговом кодексе существует понятие взаимозависимости лиц. Проще говоря, это означает, что две или несколько организаций (а иногда и физлица) связаны между собой, влияют одна на другую, а значит, являются единым налогоплательщиком. Критерии определения взаимозависимости четки и прозрачны. При их наличии налоговикам не обязательно обращаться в суд, чтобы доказать неправомерность дробления. Итак, юридические и физические лица считаются взаимозависимыми в следующих случаях:

  • одно предприятие или гражданин имеет долю в уставном капитале другой организации, превышающую 25%;
  • две фирмы никак не связаны друг с другом, но третье лицо участвует в обеих компаниях более чем на 25%;
  • у организаций один и тот же руководитель или больше половины общего состава правления (совета директоров). При этом компании будут считаться взаимозависимыми даже при условии отсутствия долей в уставном капитале;
  • существует цепочка из нескольких предприятий, каждое из которых имеет как минимум половинную долю в уставном капитале следующей компании. Предположим, фирма А владеет 50% акций в фирме B, а та, в свою очередь, является держателем 50% акций фирмы С. Компании А и С считаются взаимозависимыми.

Но часто бывает так, что явных признаков взаимозависимости нет, тем не менее представители налоговых органов через суд доказывают формальность разделения, а следовательно, факт преднамеренного уклонения компании от уплаты налогов. Приведем типичные примеры рискованных схем дробления бизнеса для снижения налогообложения.

Разделение с целью сохранить упрощенный налоговый режим. Для каждой компании естественно стремиться к расширению деятельности и увеличению прибыли. Но у развития есть обратная сторона — суммы налоговых отчислений пропорциональны росту доходов. Когда выручка достигает 150 млн рублей, а количество сотрудников в штате переваливает за 100, компания перестает считаться субъектом малого бизнеса. По закону с этого момента к ней применяется общая система налогообложения.

Желая сохранить «упрощенку», руководители нередко прибегают к дроблению фирмы: открывают новые организации, которые занимаются тем же, чем и основная компания. Часто все они имеют одинаковое фактическое местоположение, пользуются общими материальными ресурсами (оборудованием, транспортом). Внимание налоговой службы обязательно привлечет факт одновременного перевода нескольких сотрудников из основной организации в дочерние фирмы, особенно если в ходе проверки выяснится, что их должности, обязанности и зарплата остались прежними. Тогда станет очевидно, что собственник решил формально уменьшить численность штата, чтобы оставить предприятие на «упрощенке».

Дробление с сохранением общего руководящего состава. Если при очередной проверке налоговая инспекция обнаружит, что у компаний одинаковые директора и/или учредители, это обязательно наведет на подозрения. Правда, закон не запрещает одному физическому лицу создавать несколько организаций, так что сам по себе этот факт не является признаком незаконного дробления бизнеса. Но если в разделении предприятия нельзя усмотреть разумную экономическую цель и притом против налогоплательщика свидетельствуют дополнительные обстоятельства, скорее всего, суд признает претензии налоговиков справедливыми.

Регистрация сотрудников в качестве ИП. Еще один распространенный метод оптимизации бизнеса, в реализации которого часто допускают ошибки. Фирма регистрирует своих действующих работников как индивидуальных предпринимателей и заключает с каждым из них не трудовой, а гражданско-правовой договор. При этом фактическую деятельность ведет основная компания, формально выступающая как заказчик. Она обеспечивает ИП продукцией для реализации, предоставляет им материально-технические средства (например, компьютеры, ПО), торговые площадки, безвозмездно оказывает бухгалтерские услуги и забирает выручку. В реализованной таким образом схеме налоговики сразу увидят признаки дробления бизнеса с целью уменьшения выплат в ФНС.

Все сказанное вовсе не означает, что у предпринимателей нет шансов выиграть спор с налоговой инспекцией по вопросам разделения компании. Любая из схем может стать хорошим способом оптимизации бизнеса, но только при условии грамотного исполнения.

Каждый спор по делу о законности налоговых доначислений при разделении бизнеса индивидуален. Успех налогоплательщика в суде зависит от двух факторов: правильной оптимизации, при которой будут исключены поводы для претензий, и грамотной юридической поддержки в ходе разбирательства. И в том, и в другом поможет консультационная помощь. Профессиональные услуги оптимизации бизнеса не бесплатны, но стоят они во много раз меньше той суммы, которую можно сэкономить с их помощью.

Консультационная помощь

Когда возникает необходимость в оптимизации налогообложения, лучше не рассчитывать на штатных юристов компании, а обратиться к экспертам, которые имеют большой опыт в подобных делах. Один из показательных примеров — «КСК групп».

«КСК групп» объединяет более 15 компаний, оказывающих услуги в области юридического, налогового, управленческого, финансового консалтинга. Благодаря такому партнерству клиенты могут рассчитывать на комплексный подход к решению любой задачи. Если необходима помощь в оптимизации схемы налогообложения и сопровождении сделок, эксперты «КСК групп» могут провести анализ документов компании с правовой и финансовой точек зрения, оценить все возможные юридические и экономические риски, разработать максимально выгодные и безопасные стратегии.

О том, что специалистам из «КСК групп» можно доверять, свидетельствуют 25-летний опыт работы компании и внушительное количество выполненных проектов — более 16 000. Профессионализм экспертов ежегодно подтверждается верхними строчками в ведущих национальных рейтингах. В 2018 году компания заняла 14-е место в перечне крупнейших аудиторских групп и первое место в номинации «Юридический консалтинг» по версии «Эксперт РА». В самом известном российском рейтинге юридических фирм «Право.ru-300» «КСК групп» вошла в III группу по «Налоговому консультированию», то есть была признана одной из лучших в этой отрасли.

От многих других консалтинговых компаний «КСК групп» отличает принципиально иной подход к работе с клиентами. Он заключается в оценке экономического эффекта, который будет достигнут в результате сотрудничества. Обращаясь к экспертам компании, клиент может заранее рассчитать пользу для бизнеса в конкретном материальном выражении.

P. S. «КСК групп» оказывает консультационную помощь по юридическим, налоговым, управленческим и другим вопросам бизнеса. Первичную консультацию экспертов можно получить бесплатно на сайте.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *